Записки педиатра. «Караул, машина сломалась!»

Когда из интерната Артем и его сопровождающая поехали в аэропорт, у машины отвалилось колесо. На морозе −25 градусов.

***

Ждем в Москву подопечного Петровск-Забайкальского интерната. Того самого мальчика, у которого хронический пиелонефрит и который мочится гнойной мочой. Мы его видели в 2019 году. Уже тогда он был в тяжелом состоянии, и мы рекомендовали его срочно госпитализировать. В июне 2021 года Артем лежал в краевой больнице. Его посмотрели, установили, что у него есть заболевание почек. И написали — наблюдение нефролога один раз в полгода. И всё. И это еще учите — до Читы, где находится больница, 500 км, и чтобы его госпитализировать, сначала надо было съездить в поликлинику на прием, вернуться в интернат, и потом поехать снова — уже на госпитализацию. В итоге, кажется, что проще положить ребенка в московскую клинику. И мы решаем везти его в Москву. Артему срочно необходима операция по устранению мочеточникового рефлюкса и установка везикостомы, чтобы не происходило обратного заброса мочи в почки. Он должен прилететь утром по Москве, его уже ждут на госпитализацию в РДКБ.

***

Три часа ночи, я просыпаюсь, вижу СМС из Петровск-Забайкальского. Не читаю сначала, думаю, что, наверное, там что-то плановое, может, сообщение о том, что они успешно сели в самолет. Посмотрю утром, как проснусь, думаю я. В шесть часов. Но заснуть не могу, сообщение не дает мне покоя. В конце концов, беру телефон и читаю. А там примерно такое — караул, мы не успели улететь, машина сломалась. Оказалось, когда из интерната Артем и его сопровождающая отправились в аэропорт, в дороге у машины, а это такая допотопная буханка, обитая ковром, отвалилось колесо. На морозе. Пришлось водителю чинить колесо. Пока получилось, все страшно замерзли. Ведь на улице температура — минус 20-25. Представляете, как это — менять при такой температуре колесо? Я вот не представляю. В итоге на самолет они опоздали, и им пришлось вернуться в интернат.

***

Теперь Артему нужно поменять сопровождающего, потому что в учреждении начался ковид, и сотрудники перешли на вахтовый режим работы. Каждый человек теперь на вес золота, никаких плановых консультаций, ничего. Звоню Вале, прошу отменить билеты. Параллельно уже утром всем сообщаю, что сегодня Артем не прилетит — предупредили няню, руководителя отделения РДКБ, который ждал Артема. Сказали, что он задерживается, но, слава Богу, в больнице нас ждут в любое время и заведующий готов пойти на уступки. Снова звоню Валентине Савельевой, нашему руководителю отдела по связям с общественностью, Валя переписывает билеты. Все как всегда...

***

На следующий день Артем таки прилетел. Его встречает в аэропорту няня фонда «Дорога жизни». Так как все сотрудники в интернате наперечет, многие болеют и работать некому, не говоря уж про поездку в Москву, мальчика сопровождает сотрудница кухни. Она ничего не знает об особенностях Артема — что он любит, чего не любит, какие у него потребности... Да она и не может об этом знать, это не ее профиль. Оно отдает ребенка в руки нашей няне и уходит. Бедолажный Артем приехал без еды, без бутылки, без смеси. Голодный, холодный. В полете сопровождающая его не поила и не кормила, в том числе, и чтобы не расходовать памперсы. Ведь им выделяется всего три памперса в день, и спонсоров нет.

***

Артем орет. Он затемпературил. Госпитализация таких детей — это суровое испытание для всех организаций, участвующих в процессе, начиная с ДДИ. Да и для самой больницы это колоссальный стресс. Ну представьте, сопровождающий убежал, у няньки глаза круглые, она первый раз видит ребенка, не знает, ни как взять его, ничего о нем. Никто не может четко ответить ни на какие вопросы. Дай Бог, чтобы документы все были в порядке, а там тоже могут быть нюансы. И пока няня с ребенком до отделения добираются, уже наступает вечер. У меня все меньше возникает вопросов, почему учреждения не занимаются плановой госпитализацией. Потому что сам этот процесс настолько неприятный, трудный, конфликтный, стрессообразующий для всех сторон, что естественно для людей избегать всех этих проблем. Поэтому любая госпитализация ребенка-сироты — это еще та задача, которую надо постараться исполнить всем участникам процесса.

***

Наконец-то Артем в палате. Сейчас около восьми вечера, а вылетел он около 8 утра. Два часа до аэропорта, семь часов лететь, потом еще часа два в дороге до больницы. Потом сама госпитализация. Только сейчас Артем смог поесть. Няня его намыла, накормила. Но у мальчика атрофия кишечника, он не удерживает съеденное.

***

Про Артема вообще интересно. Появился он у нас очень сложно, длительный перелет. Он себя очень плохо чувствовал из-за того, что не мог принимать еду, нужную ему. Длительный путь до больницы. Наша няня, когда его увидела, была впечатлена его маленькими размерами, опасалась трудностей, которые могут возникнуть в связи с его кормлением. Он беспокойно спал ночью, потому что привыкал к ситуации. Последние дни мы постоянно на связи с няней Ирой. Я ей рассказываю об особенностях ребенка, о том, как он будет себя вести в каких ситуациях, сколько он может есть, почему важно ему вовремя давать противоэпилептические лекарства, как грамотно ухаживать за полостью рта. Теперь каждое мое утро начинается с радостного видео Артемки, как зовет его няня, где она с гордостью показывает его достижения: Артем улыбнулся, Артем с удовольствием чистит зубы, сам ест из ложки, сегодня пробовал протертую пищу вместе со спецпитанием, у него нет проблем с пищеварением, он не температурит, в общем, няня за него радуется. И слова звучат такие — мы его тут все полюбили. Он находится в палате с другими детками и мамами.

***

Няня очень хвалит доктора, который лечит Артёма — внимательный, тактичный, и пытается помочь мальчику. Надеюсь, завтра будут еще новости по Артему — назначена плановая операция, для проведения которой мы его и привезли. Эта операция позволит уменьшить очаг постоянного воспаления в почках и облегчит отведение мочи, и, соответственно, уйдет источник постоянного мучения для ребенка, и, возможно, что при компенсации правильного питания и ухода самочувствие Артёма улучшиться еще.

***

Вчера Артему сделали операцию. Все прошло успешно. Врачи извлекли из его мочеточника несколько камней. Один из камней, извлеченных во время операции у Артема Сегодня мальчика перевели из реанимации и он снова с няней Ирой, и она рада, что все прошло хорошо. Няня, доктор и сам Артем — большие молодцы. И для меня — огромная радость видеть такой своеобразный симбиоз, когда все вместе — и няня, и врач, — борются за здоровье ребенка и радуются каждое его полуулыбке, каждой дополнительной ложечке, которую он смог съесть. (Продолжение следует) 18.02.2022.

Читать предыдущие записи:

Вот такая любовь...
Им нужна помощь
Во время обследования врачи увидели на МРТ спинномозговую грыжу и сразу прооперировали Степана. В больнице и во время реабилитации о мальчике заботится няня.
Собрано
11 000 ₽
Цель
105 500 ₽
Степа перенес операцию
Когда Даша приехала в Москву на обследование, голос у нее тогда был, как у простуженного котенка. Сейчас, почти год спустя, он звучит намного громче и уверенней.
Собрано
2 800 ₽
Цель
211 000 ₽
К Даше возвращается голос
За каждым пожертвованием на такие, казалось бы, обычные административные расходы — жизнь, здоровье и будущее наших подопечных.
Цель
684 612 ₽
Административные расходы март 2024

Тане нужно добраться из Хакасии в Москву, чтобы продолжить лечение.

Собрано
176 418 ₽
Цель
293 500 ₽
Таня: Из Хакасии в Москву